Зачем лечить

Зачем лечить

Около десяти утра, вскоре после сдачи дежурства, молодой врач Петр ехал домой на велосипеде из больницы. На машину он еще не заработал, но своим простым, пятискоростным велосипедом, купленным, тем не менее самостоятельно, на первые две зарплаты, он очень гордился.

Но сегодняшнее утро — приветливое и солнечное, раннелетнее, с высыхающими лужами и яркой зеленью, его совершенно не радовало.

Пятимесячный отказной органик, с желудочным зондом и пневмонией, которого он ночью наблюдал на отделении, три раза забивался слизью, раз за разом переставая дышать. Опытные сестры санировали дыхательные пути, но ребенок все равно хрипел, давал остановки дыхания и продолжать лихорадить несмотря на смену антибиотика, и, в общем, требовал беспрерывного наблюдения.

Петр даже вызывал реаниматолога, но он, видя неопытность молодого педиатра, умело отвязался от неперспективного пациента. «Дышит?» — строго спросил он. «Сейчас — да», стесняясь, что оторвал старшего коллегу от серьезной взрослой работы, отвечал Петр. «Наблюдайте», — с назиданием сказал реаниматолог, и растворился в темноте бесконечных темных коридоров больницы быстрыми шагами.

Ребенок вскоре снова подзабился и стал тяжело дышать. «Дотянуть бы до утра», — думал Петр, тоскливо смотря на скрюченное бессмысленное тельце, с синевой носогубного треугольника и участием всех вспомогательных мышц в акте дыхания. Ласково бурлил кислород.

Ребенок был абсолютно бесперспективен. Глубокая недоношенность, БЛД, органическое поражение ЦНС, тетрапарез, гипотрофия, кормление через зонд, так как глотательный рефлекс полностью отсутствовал.

«Зачем мы мучаем его и себя?», — размышлял Петр. «Что более человечно: продлевать его страдания или совершить преступление, прекратив их?»

И сейчас, порывисто крутя педали велосипеда, он думал о том же.

Эти вопросы тревожили его еще с последних курсов института.

«Действительно, зачем вообще лечить, если жизнь бессмысленна, конечна? Зачем продлевать жизнь пациенту, чьи дни уже сочтены, на месяц — два, подвергая его жизнь дополнительным мукам? Зачем реанимировать глубоконедоношенного ребенка, родившегося с весом меньше 500 грамм, спасать ему жизнь, зная, что с вероятностью  99%, даже если он выживет, то останется на всю жизнь инвалидом, а его родители, если конечно от него сразу не откажутся, потратят всю свою энергию и молодость на уход, и, скорее всего, разведутся, не выдержав груза бытовых проблем, вместо того, чтобы родить другого здорового ребенка и жить счастливо — а ведь жизнь одна?

Зачем тратить гигантские  деньги на лечение, которое не принесет явного выздоровления, больному с редким наследственным заболеванием? Ведь можно было бы на эти деньги, потраченные только на этого одного пациента, вылечить тысячу обычных больных….»

Петр приехал домой и затащил велосипед на четвертый этаж.

На пороге его встретила встревоженная мать. «Федя заболел». Федя был пятилетним братом Петра.

Петр зашел в комнату. «Привет!». Федя с трудом улыбнулся в ответ, но ему действительно было не хорошо. Он лежал на кровати, весь бледный, горячий, температура была больше 39. «Недавно дала ему нурофен», — сказала мама.

На секунду чувства острой жалости, тревога, страх — вдруг он не поставит правильный диагноз своему родному брату!, вызвали легкое помутнения перед глазами Петра и небольшую дрожь в руках. Но через секунду он сумел взять себя в руки.

И вот тогда уже не как брат, а как врач, молодой, но уже достаточно опытный, он осматривал заболевшего пациента.

Кожа, легкие, сердце, живот — все было чисто, но Петр уже держал в уме бросившиеся ему в глаза сразу, еще когда он в первый раз взглянул на пациента, вздувшиеся очертания шейных лимфоузлов, но тогда он не стал их трогать — приберег на конец осмотра.

Вот и они — увеличенные до 3-4 см, слегка болезненные шейные лимфоузлы. По идее, осталось только посмотреть, что же там с миндалинам.

Но Федя капризничал и категорически не хотел открывать рот, бешено орал и вырывался. И опять на секунду Петру стало его так жаль, что тут же возникла предательская мысль: «А может и не надо смотреть горло, ведь братишка не хочет?»

Но здравый смысл вновь заткнул братские чувства и Петр приказал матери посадить Федю к себе на колени, ноги зажать, руки и голову держать. Федя зажал зубы мертвой хваткой, но педиатр не торопился, спокойно выжидал время, держа на готове включенным фонарик. И в момент очередного выкрика «Не хочу!» привычным молниеносным движением прижал ложкой язык и за ним увидел сильно увеличенные миндалины, покрытые гнойными налетами. Ангина.

Дальше были опять жаропонижающие средства, обильное питье. Ситуация осложнилась тем, что первый антибиотик не подействовал — возможно был фальшивым, другой все-таки подействовал, но сильно расстроился живот, пришлось дополнительно назначать биопрепараты. Болезнь медленно отступала, температура нормализовалась, налеты исчезли.

Через два дня Петр опять крутил педали по направлению к больнице на дежурство.

«На самом деле все эти вопросы не подвластны формальной логике», — думал он.

«Вот, например, — зачем государства пропагандируют здоровый образ жизни, несмотря на то, что финансовым институтам фактически очень выгодны курильщики, так как они обеспечивают акцизные сборы, при этом рожают детей, работают, платят налоги и скоропостижно умирают в возрасте около 55 лет, не доживая до пенсии. Условно можно сказать, что государству невыгодны здоровые люди, живущие дольше пенсионного возраста- им надо платить пенсию и обеспечивать дорогостоящим лечением болезней, неминуемо появляющихся в старости.

Гуманизм — это нелогично и не прагматично. Но есть общечеловеческие ценности, которые важнее всего».

«А врач всего лишь делает свою работу, а решение о смысле и целесообразности чужой жизни не находится в его компетенции».

«И существует проверенный способ, позволяющий с высокой точностью решить вопрос о необходимости и объеме лечения. Достаточно представить в роли пациента своего близкого родственника и тогда вопрос «зачем лечить» отпадет сам собой».

«Но, чтобы эффективно лечить этого новоявленного «родственника», и, даже для того, чтобы вылечить действительно своего близкого родственника, необходимо об этом родстве забыть, и увидеть перед собой снова только пациента, иначе эмоции не дадут тебе сделать все правильно».


Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

63 Responses “Зачем лечить”

  1. Анна:

    Спасибо, что не равнодушны к людям (к детям?)))

  2. Анастасия:

    У меня похожие мысли возникают, когда я смотрю на алкоголиков, БОМЖей и просто бесполезных обществу людей… Наоборот, они плохо влияют на общество, вызывают жалость и отвращение.
    Иногда думаю, зачем помогать таким людям? Ведь они сами виноваты в своем положении, что дошли до такого состояния, а мы должны все за них разгребать.. а потом еще скажут, что мы плохие врачи, и все не так делаем и не так лечим.
    Но по ходу учебы поняла, что это нужно просто Государству.

  3. Мария Демышева:

    У меня противоречивые чувства касательно этого вопроса. С одной стороны — я считаю, что бесперспективных больных не стоит мучить продлевая их невыносимое существование (даже если сами больные в силу каких-либо обстоятельств не осознают тяжесть своего положения). Нужно просто позволить им достойно покинуть этот мир. Ведь природа неглупа, раз не дает этому существу жизнь.
    С другой стороны — если есть даже незначительный шанс на возвращение больного к прежней или приближенной к ней жизни, необходимо прикладывать все усилия для его лечения и реабилитации. Особенно, если это касается изначально практически здоровых людей.
    Вопрос этот спорный, возможно из разряда философских, и ответа на него, думаю, вряд ли найдется еще долгое время.

  4. Катя А.:

    Учишься, работаешь, понемногу набираешься цинизма, и такие мысли — «зачем лечить» — начинают приходить. но потом-таки приходишь к этому простому выводу — все они (ну образно говоря) чьи-то родственники, и «а если бы это были мои родственники», и тут как по волшебству отношение кардинально меняется..

  5. Edu:

    Я считаю что если человек сознательно выбырает профессию врача, должнен понимать следующее.Люди которые осваивают специальность врача, занимаются тем что лечат больного, а не думы думают, может ни стоит или стоит его оставлять. Кто сколько на него потратит денег это не ваша задача, а задача родственников и государства.Вы должны сделать все возможное для того, чтобы человек «был».Если есть хоть 1% того, что его можно вернуть к жизни, нужно делать для этого все возможное.Много гениев инвалидов и шизофренников.Главная задача, обеспечить на уровне государства бытие данного больного.

  6. Вы правильно задали вопрос, и сами на него правильно ответили. На место этих больных могут быт и наши родственники. Мы врачи должны бороться за каждую жизнь как за свою. Или близким нам людей.

  7. Спасибо за Ваше правильное и чистосердечное видение проблемы.

  8. Валерия:

    вообще ставить себя на место других довольно правильная жизненная позиция, для человека неравнодушного и желающего понять других!

  9. Нина М.:

    Крайне противоречивый вопрос,из разряда философских. «Я направляю режим больных к их выгоде сообразно с моими силами и моим разумением, воздерживаясь от причинения всякого вреда и несправедливости. Я не дам никому просимого у меня смертельного средства и не покажу пути для подобного замысла»-так говорится в врачебной клятве. А отсюда и ответ на вопрос «стоит ли».

  10. Екатерина Букия:

    Лично мое мнение такое: человеческая жизнь бесценна. Это должно стоять во главе социальной политики любого государства. И, конечно же, врачу не должно ставить вопрос о целесообразности чьей-бы то ни было жизни, исходя, прежде всего, из гуманных соображений.

    Другое дело, что такой вопрос может придти в голову неизлечимо больному пациенту, тогда врач ответствен за достойное поддержание жизни, а не так как это в реальности нередко происходит, что человек остается наедине с жестоким выбором.

  11. Екатерина Букия:

    Профессия врача была и остается самой гуманной профессией человека, его призванием. Это не подвластно никаким логичным, прагматичным, меркантильным соображениям и тенденциям нового времени. Так всегда было и всегда будет.

  12. Черная Юлия:

    Сейчас но новому законодательству мы должны производить уход уже за 22-недельными малышами, у которых нет никаких перспектив, они становятся слепыми, глухими инвалидами… На них тратятся тысячи и тысячи долларов, тогда как нормальные дети не могут получить квоту на операцию (например, по поводу порока сердца). Формально у нас повышается рождаемость, но также повышается и смертность… Зачем все это нужно государству и его гражданам не понятно.

  13. Ольга Куликова:

    Интересная статья, заставляет задуматься. Наверное,данная проблема не имеет однозначного решения.

  14. Валерия К.:

    Раз человек появился на свет, значит он имеет право жить как и все остальные люди. И пусть этому человеку суждено прожить всего лишь пару-тройку месяцев, под аппаратами, но человеческая жизнь остается нашей главной ценностью и мы должны бороться за нее.

  15. Рузанов Петр Николаевич:

    Как бы там ни было, даже при самых тяжёлых болезнях, когда уже становится понятно, что смерть неизбежна, я не считаю прерывание жизни приемлемой. Человеку надо делать все возможные медицинские пособия, но поддерживать жизнь. Может быть в одном случае из миллиона произойдёт чудо и человек вернётся к нормальной жизни…

  16. Владимир:

    Мне кажется, что в случае тяжелых, неизлечимых больных, переносящих боль, муки и страдания можно говорить об эвтаназии, но это такой сложный, неоднозначный вопрос что над ним годами бьются доктора и не могут прийти к однозначному ответу

  17. Ольга С:

    Статья очень интересная. Заставляет о многом задуматься. Вопрос этот не однозначный. С одной стороны врач должен спасать жизнь, с другой-если человек,которого он спасе остается на всю зрел инвалидом, требующим ухода. Хорошо, если у этого человека есть кому за ним ухаживать. А если нет?Кому тогда он нужен? Государству?….

  18. Алеся:

    Который раз начинаю писать и стираю.. Этот вопрос действительно не однозначный, кому решать, спасать или нет, как предугадать, чем обернется твое решение. И сможешь ли ты спокойно спать, после принятия такого решения…

  19. Алиса:

    необходимо забыть о родстве? и при этом создавая в этой ситуации проекцию со своего брата. трудно обсуждать этот вопрос, каждый делает вывод для себя сам. мы рассматриваем эту ситуацию, конечно, со стороны врача. если вам интересно, можно прочитать об истории одного такого отказника-инвалида. книга называется «белое на черном», мне она очень тяжело далась.

  20. Александр Александрович:

    Очень мудрые слова! Я вот так часто про наркоманов думаю: они ведь приходят в больницы, в основном, чтобы подснять дозу, а лечиться они не хотят. И люди, больные туберкулёзом, часто бывают бродягами, они ложатся в больницы, чтобы переждать холодное время года. Но всем нужно одинаково охотно помогать. Когда я слышу «он сам виноват», я знаю, что каждый виноват сам. И виноват во всём, что происходит в его жизни. Но когда тебя постигает подобная беда, ты уже винишь весь мир, кроме себя. И тогда тебе захочется увидеть понимающего врача, который не будет упрекать тебя, а будет помогать.

  21. Ефимова Анастасия:

    Такой же спорный вопрос об эвтаназии..Решение в таких ситуациях,безусловно,принимать не врачам…

  22. Леонид:

    Данный вопрос, затронутый в этой теме, я думаю всегда останется открытым. Ведь даже если есть хоть капелька веры в чудо, надежда в сердцах близких всегда будет жить.

  23. Шарапов Александр:

    «Но, чтобы эффективно лечить этого новоявленного «родственника», и, даже для того, чтобы вылечить действительно своего близкого родственника, необходимо об этом родстве забыть, и увидеть перед собой снова только пациента, иначе эмоции не дадут тебе сделать все правильно».
    Ну не знаю… мне. например, кажется, что всё зависит от человека. Для некоторых родственная связь может послужить дополнительным мощнейшим стимулом. Некоторые при сильном волнении теряются, а некоторые собираются.

  24. Дмитрий Новиков:

    В прошлом семестре на цикле по педиатрии преподаватель нас отвел на отделение и показал одну девочку: ее мама, героиновая наркоманка, родила ее на 8-м месяце беременности и, естественно, от нее отказалась. У девочки (как нам рассказали) практически отсутствовала кора головного мозга, она не видела и не слышала, находилась в состоянии гипотрофии, все ее тело постоянно сводили судороги, которые практически не прекращались ни днем, ни ночью, при этом она была полностью парализована. Девочку звали Кира. На тот момент ей было уже 6 месяцев. В нашей группе многие заплакали, когда ее увидели, сам еле-еле сдержался.
    Страшно увидеть взрослого в таком состоянии, не то, что ребенка. Если ей все-таки удастся выжить, то она на всю свою жизнь останется глубоким инвалидом.
    Я смотрел на нее и думал, что в данный момент я жалею, что в нашей стране запрет на эвтаназию… Человеческая жизнь, безусловно, бесценна. Но гуманно ли обрекать это маленькое существо на такие страдания до самой ее смерти? Вопрос, на который нет однозначного ответа.

  25. Амина Бабаева:

    Я тоже считаю ,что нельзя однозначно ответить на подобный вопрос ,но категорически против эвтаназии.Также не согласна с комментарием , где сказано о том, что врач должен думать изолированно о болезни пациента , а не о его жизни в целом .

  26. nadine kitay-gora:

    Нельзя давать слабину с пациентами, из личного опыта.. на шею садятся, » пожалейте меня, я же такой больной».. не вылечишь, морально пострадаешь..

  27. Татьяна Бессонова:

    Мне кажется такие вопросы возникают в связи с тем,что любому человеку хочется быть нужным и важным для кого-то.а особенно это чувство развито у врачей,ведь,все поступают со светлыми мыслями о том,что будут спасать человеческие жизни и мир в целом,но когда набираешься цинизма за долгие годы учебы начинаешь понимать,что очень редко к врачам сейчас относятся с уважением даже,когда просят совета редко прислушаются.В этой статье есть очень правильная фраза,что врач просто должен делать свою работу,а распоряжаться чужими жизнями-это уже не в его власти.

  28. Nozik:

    И все есть,есть абсолютно безнадежные пациенты. Которые либо просто уже «овощи»,либо проводят свои далеко несчастливые дни в тяжелых муках,каких лично я своим близким ни за что не пожелаю,как бы там не говорили и чтобы ни говорили. Отсюда,в общем-то во многом согласна с господином Кеворкяном.

  29. Tusechka-7:

    Лично мне безумно жаль таких пациентов, которые обречены жить всю жизнь как «овощи», возможно причиняя своим близким еще большие муки и страдания… И, безусловно, к каждому пациенту необходимо относиться как к близкому родственнику, но в некоторых случаях все же можно задуматься об эвтаназии.

  30. Дарья89:

    С одной стороны если не углубляться — эвтаназия, это очень просто: каждый человек имеет право на достойную смерть и тд. и тп. Только не в тех случаях когда это касается тебя.. У моей крестной была низкодифференцированная аденокарцинома желудка, после второй операции ( «открыли» брюшную полость и тут же «закрыли» обратно, так как метастазы везде) отсчет пошел на дни. Ужасно, когда человек в сознании, в здравом уме и светлой памяти отплевывает каждые 15 минут по 100 мл кроваво-гнилостного месива, еще ужаснее, когда этот же человек просит тебя прекратить его страдания: » ты же в медицинском учишься, ты все знаешь». Но я же на врача учусь, а не на палача!!!! Тетя умерла своей смертью, сказав, что у меня нет сердца.

  31. вася петрушкина:

    Я вот раньше тоже была против поддерживания жизни людям,как их называют,»овощам». А потом просто услышала другое мнение.Всякое случается,у всех есть родственники.А где гарантия,что буквально завтра не найдут способ поставить такого человека на ноги?как говорите,медицина сильно шагает вперед..

  32. Анастасия:

    Замечательная статья «Зачем спасать обреченного?» http://soznatelno.ru/kogda-nuzhna-podderzhka/zachem-spasat-obrechennogo-uroki-doktora-elviry-parravichini-11283.html

    может, кому-то будет интересно..

  33. София:

    Вдохновляющая статья.
    Врач,как никто другой, должен трезво оценивать ситуацию с пациентом и его болезнью. Даже если эта ситуация безысходная, его обязанность сделать все возможное,помогая другому человеку как себе.
    Но проблема слишком многозначная,слишком противоречивая. Эвтаназия порой так и напрашивается в мысли,когда читаешь про раковых больных,которые умирают не от самой болезни, а от истощения. Возможно хорошо,что государство нам не оставляет выбора в этом, уголовно запретив эвтаназию и приравнивая ее к убийству пациента.

  34. Ольга:

    Часто сама задаюсь вопросом: «Что лучше для безнадежного пациента: продолжать, по сути, бесполезное лечение, которое только продлит мучения и невыносимые страдания или прекратить «издеваться» над человеком?». Но когда в роли такого пациента представляешь своих близких, друзей, да просто знакомых, вопрос отпадает сам собой. Любая жизнь бесценна, и никто не в праве решать, когда эта жизнь должна закончится. Задача врача помочь любому пациенту и как можно дольше сохранить его жизнь. Но ведь бывают ситуации, когда человек просто существует, как «овощ». И как тогда помочь?…

  35. Астик:

    Это извечный вопрос,на который в разные периоды жизни человек дает себе различные ответы…не стану говорить о своей позиции насчет пациентов и родных,но относительно себя-я бы не хотел быть овощем,доставляющим кучу забот и неудобств своим родным. Поэтому если эвтаназия будет разрешена-с чувством собственного достоинства воспользуюсь этим бонусом.

  36. Екатерина:

    Думаю, в нашей стране ее не разрешат никогда!

  37. Ксения:

    Вообще вопрос- зачем лечить- страшно звучит, как-то не по себе становится! Как это зачем?? Мы же врачи, и, я считаю,мы просто не имеем права так думать, а должны делать то, что в наших силах.

  38. Яна Зелимханова:

    Рассуждать на эту тему можно долго и много.
    Но жить-то хочется..и больному и здоровому.

  39. Валерия Тюрина:

    Рассуждать на тему:»Зачем лечить,если ты знаешь,что человек неминуемо обречен на смерть?»,можно долго,но так и не придти к общему знаменателю.Многие врачи,в такой ситуации,скажут,что проще отпустить,чем мучать.Другие скажут,что стоит побороться.А третьи,поставят себя на место тех родителей или просто родственников,и будут биться до последнего,чтобы в конце пути быть точно уверенным,что они приложили все усилия к спасению этого человека.Жить хочется всем,потому как жизнь одна.Мы не выбираем родителей,не выбираем нашу судьбу.Мы живем так ,как уже за нас решили,но мы всегда в силах что-то изменить.

  40. Анна К.:

    Касательно лечения своих родственников, я считаю, что лучше доверить их здоровье опытным коллегам, так как полностью отключить эмоции и оставить только профессионализм смогут далеко не все…

  41. Елена П.:

    Больше удивили комментарии читателей.
    «Ненависть проще любви, ненависть объяснима». Легко лечить маленьких деток или милых бабушек. Другое дело наркоманы и алкоголики. Или убийцы. Как тяжело из лечить. Но врач-не небожитель, а существо без эмоций и чувств. Не нам решать кого лечить а кого нет. Кому дать умереть, а кого реанимировать.

  42. Екатерина Лаппо:

    На вопрос «Зачем лечить» кажды,й конечно, отвечает сам, но, как мне кажется, ответ на него во многом зависит от присутвия и величины в человеке такого качества, как милосердие.

  43. Анна:

    Мне когда-то приходилось работать на отделении трансплантации костного мозга. На лечение одного пациента уходят безумные средства. Одна трансплантация стоит несколько миллионов, а потом лечение всех осложнений, дорогущие антибиотики в лошадиных дозах. Иногда посещает мысль, а зачем все это? Ведь лечение очень трудное, чревато огромным количеством осложнений, жизнь пациента и его родителей переворачивается с ног на голову, они лежат в больнице по 3-4 месяца и больше, а потом постоянно наблюдаются у врача. Бывает, не узнаешь пациента как он внешне изменился после перенесенной РТПХ и терапии системными ГКС. Был такой случай, когда у одной пациентки наступил очередной рецидив, врачи ей сказали, что уже ничего не поможет, опухолевые клетки резистентны ко всей химиотерапии, но девочка и ее родители настояли на повторном курсе лечения. Было тяжело, но она вошла в ремиссию, казалось бы, вопреки здравому смыслу… Так что, пожалуй, не все решают клинические рекомендации, опыт врача и экономическая целесообразность.

  44. Роман В.:

    Люди не пошли путем природы и естественного отбора, тема очень спорная. Но думаю лет через сто уже станет ясно, правильная ли это была дорога.

  45. Елизавета:

    Не в первый раз слышу , что врач должен отодвинуть свои эмоции на второй план и делать свою работу .Могу представить как это проделать со взрослыми пациентами , ведь они понимающие , в большинстве своем осознанно приходящие за лечением люди , а вот как с детьми , не имею ни малейшего понятия , жалко ведь когда плачет(

  46. Лина:

    Пока есть надежда,надо что-то делать.Ведь чудеса все равно случаются.Это может быть десятый пациент врача,но для ребенка это же его жизнь,одна единственная,за которую он имеет право побороться.

  47. Любовь:

    Очень щепетильный вопрос. на который однозначно никогда нельзя дать ответ.с одной стороны врач должен бороться за любую жизнь. А с другой стороны человек в коме больше года все на искусственном обеспечении и шанса пробуждения уже нет. Тут все таки индивидуально должен рассматриваться каждый случай.

  48. Гендель:

    Ну цинизм цинизмом. Типо говорят каждый врач цинник и тд, но мне кажется у каждого нормального врача должна быть львиная доля гуманизма,иначе зачем вообще это все, работать врачом, каждый день ходить на работу и лечить людей, ведь этот труд не стоит тех денег что платят врачам.

  49. Сархан:

    Вопрос многосторонний и требует много ответственности! Как и каждое решение во врачебной практике!

  50. Виктория Касаткина:

    Послушайте!
    Ведь, если звезды
    зажигают -
    значит — это кому-нибудь нужно?
    Значит — это необходимо,
    чтобы каждый вечер
    над крышами
    загоралась хоть одна звезда?!

    Этот фрагмент стихотворения «Послушайте!» Владимира Маяковского можно понимать и истолковывать по-разному, но почему-то, когда я задумываюсь над вопросом «Зачем лечить?»,на ум сразу же приходят именно эти строки.
    И, на мой взгляд, не важно будет ли этой «звездой» врач, который несмотря на все «против» не опустит руки при виде безнадежного пациента, или ею будет пациент, который за чем-то же пришел в этот мир, и, возможно, одним уже своим в нем присутствием разжег в сердцах людей не «одну» звезду…

  51. Никита:

    Очень понравилась идея с пенсионерами и государством,но касаемо эвтаназии…как работник отделения нейрореанимации, могу бесконечно долго говорить на эту тему, во многом потому что сам не знаю, как относиться к эвтаназии. Одно могу сказать, несмотря на то, что эвтаназия в России законодательно запрещена, она есть и достаточно распространена

  52. Анна Доронина:

    Пожалуй, одна из основных задач врача — это помогать людям! Независимо от социального положения человек по-прежнему остаётся человеком, и врач должен оказать поддержку своему пациенту в любой ситуации!

  53. Анна Суконщикова:

    Болльшинство смертельно больных людей рады каждому прожитому дню. Я считаю, что ни один человек не в праве решать жить или не жить другому человеку, как бы он не страдал. Особенно это касается медицинских работников, ведь они так часто сталкиваются с мучениями пациентов.

  54. Татьяна Вячеславовна:

    с точно такими же мыслями я вышла после занятие по генетике…когда мы побывали в ДОМ-ИНТЕРНАТЕ № 4, для детей с отклонениями в развитии в г.Павловск…. в голове был один вопрос…ЗАЧЕМ? Зачем столько мук и страданий… лежит мальчик на вид 6 лет (оказалось,что ему 17), не видит, не слышит…гастростма (отсутствует глотательный рефлекс), ноги в гипсе…. зачем?….как бы тяжело это не звучало…но мы не Боги. Не нам решать

  55. Мария:

    Вообще очень животрепещущая тема. Особенно она поднимается в паллиативной помощи. В каком объеме стоит ее оказывать? Одни родители отдадут всю жизнь ради своего больного ребенка, другие оставят его еще в роддоме… Что правильнее? Точного ответа на этот вопрос. наверное, никто не даст. Но мне кажется, что все зависит от человека. Если те же родители уверены, что они не смогут оказать полноценную помощь своему ребенку. то, возможно, и правильнее будет поступить, как они поступают. Нет здесь правильного и неправильного.

  56. Анастасия Аринчихина:

    Если родители таких несчастных детей готовы обеспечить им должный уход,заботу и лечение,и добровольно обрести себя на многолетние муки,если для них это проще,чем лишиться долгожданного чада,то почему нет? Другой вопрос ,когда таких детей бросают на произвол судьбы… каждый делает свой выбор сам

  57. Базунов А:

    В институте нам говорят, представляй больного своим родственником, и тогда ты будешь правильно лечить. В больнице существует правило, не оперировать/лечить своих родственников. то же делать? надо просто научиться подходить ко всему с холодной головой

  58. Герк Иван:

    В данной заметке затрагивается актуальная биоэтическая проблема: как относиться к неизлечимому больному? Стоит отметить, что в некоторых странах развиты паллиативная помощь и разрешена эвтаназия. Там человек, качество жизни и здоровье которого стремятся к нулю, способен сам решать свою судьбу.
    Как решать судьбу ребёнка, который не способен самостоятельно принимать решения? Это дело его родителей.
    Врач же конечно остаётся тем, кто в любом случае стремится помочь пациенту, не быть черствым, но и с пониманием отнестись к просьбе о прекращении страданий (не в России, у нас эвтаназия запрещена, поэтому нужно стремиться обеспечить максимально гуманный уход пациента из жизни)

  59. Арсен Дибиров:

    Вопрос об эвтаназии тяжелобольных остается открытым. Мое мнение таково, что эвтаназию разрешить можно, в какой-то мере нужно. Вопрос в том, как это реализовать в условиях России и по каким правилам. На мой взгляд, если факт того, что пациент скончается до полугода будет подтвержден двумя врачами или более и если пациент даст согласие 2 раза в регламентированные промежутки времени, осознавая всю ситуацию, то это будет достаточным основанием сделать данную процедур.

  60. Демидова Ирина:

    Очень жизненная история,у самой не один раз возникали подобные мысли, глядя на «бесперспективных» пациентов(стоит ли продлевать их мучения?) Конечно, со стороны легко говорить, но как только каснется беда близкого родственника, сомнения пропадают, ведь каждый день на счету,который может оказаться последним. С этого момента человек понимает ценность жизни.

  61. Евгения Брезгина:

    В статье затронута тяжелая и актуальная тема, особенно для врача-лечебника. В этой специальности гораздо больше «бесперспективных» пациентов, чем в педиатрии, и опытные врачи это понимают сразу же. Но наше общество вынуждает нас продлять «жизнь» людей настолько долго, насколько это возможно. С этим врачу приходится мириться. Но важно помнить, для чего идут в медицину — ведь кому-то ты действительно спасешь жизнь или улучшишь ее качество.

  62. Яна Беджанян:

    Конечно, не стоит принимать все случаи с пациентами, их истории близко к сердцу, иначе в данной профессии можно быстро выгореть. Но с другой стороны, со стороны обычного человека, а не врача , не только таких малышей, но и пожилых пациентов, постинсультных, например, становится жалко.
    Касаемо недоношенных младенцев , как то на одной из лекции по акушерству задали вопрос, почему снизили допустимый срок аборта, лектор ответил , для того, чтобы неонатологам было на ком учиться. кто то же должен мести улицы?
    Звучит цинично

Оставить комментарий к Арсен Дибиров


Вы можете оставить отзыв, или сослаться на эту страницу с вашего сайта