Голландский садик

gollandskij-sad-v-landshaftnom-dizajne11

-Не знаю, стоит ли тебя беспокоить… — голос моей знакомой Светланы звучал несколько напряженно. — Ты же знаешь, мы в Голландии теперь обитаем…

-Ну да, — отвечаю, — слышал. — Из панельного Купчино в просвещенную Европу! Как дела?

- Да вроде все нормально, — отвечала Света. — С ребенком правда что -то не так. Я бы тебя не беспокоила, но меня мама — бабушка ребенка, по телефону замучила. Говорит, я плохая мать. Говорит: вызывай самолет МЧС, пусть внука эвакуируют из этой проклятой Европы.

- Да что случилось, скажи наконец?

- Ну, у него температура, 39, все время повышается.

- И давно? — спрашиваю.

- Уже 7 дней.

- Ого! Доктор то его смотрел?

- Да, уже дважды, — отвечала Света. — Говорит ничего страшного, ОРВИ. Но сын сегодня еще дышит как-то тяжело, все время кашляет и синий какой-то.

- Ого! — говорю. — Бабушка по ходу права. У него пневмония, наверное. Анализ крови, рентген легких делали?

- Ничего мы не делали, — раздраженно отвечала Света.

- Ну ок, ты хоть пошли мне сейчас видео как он дышит, посмотрю.

- Хорошо, — отвечает Света, — но только вечером.

- Почему вечером?

-Да он в садике еще.

-Как в садике?! — возможно, я уже кричал. — С температурой 39 семь дней и тяжелым дыханием?!!

-Ну да, здесь так принято, — еще более раздражаясь отвечала Света. — Доктор сказал, что в садик ходить можно, это просто простуда. А я на работе.

-Подожди, он же только родился недавно вроде? Сколько ему?

-Девять месяцев.

-И он уже в садик… ходит? Приносите вы его туда, то есть?

-Все правильно. Это же Европа! Здесь все равны. И на одну зарплату, кстати, не прожить. Все работают. Поэтому и садик с 3 месяцев жизни.

Потом уже я узнал, что действительно, в Европах в детские сады принимают младенцев с нескольких месяцев жизни. Причина — равноправие полов. То есть для того, чтобы мама могла не нарушать свою карьеру и работать, несмотря на рождение ребенка.

Естественно, все дети в этом возрасте еще с неокрепшим иммунитетом и даже еще не привитые. Попав в коллектив, они начинают болеть — без перерыва. Казалось бы этот факт все-таки должен нарушить карьеру мамы. А вот и нет, из европейских садиков не высаживают больных детей. Можно посещать садик и с высокой температурой!

Справок о здоровье там никто не требует. Поэтому не взирая на сопли, кашель, понос, рвоту, лихорадку, одышку и ветрянку европейские младенцы утром отправляются в садик, а их счастливые родители — на работу, без всяких угрызений совести.

Но давайте вернемся к Светлане и ее малышу. Забрав вечером ребенка из садика мама отправилась, по моему совету, прямиком в больницу.

Ночью мне пришла смс от мамы, что у ребенка одышка, врачи сказали, что у него низкая сатурация (насыщение крови кислородом), надо госпитализировать. Я вздохнул с облегчением.

Утром мы созвонились.

-Ну что там на рентгене? — спрашиваю.

- Не делали, — отвечала Светлана. -Говорят не надо.

- Антибиотики то хоть колят?

- Нет. Говорят пневмония наверное есть, но скорее всего вирусная, а значит ни рентген, ни антибиотик не нужны. Капельницу то же не ставят, хотя сын ничего не ест, ни пьет, и со вчерашнего дня не писал. Говорят не надо — обезвоживания сильного нет -тургор тканей сохранен  — кожная складка расправляется.

- Чем же вас лечат? — если честно я просто уже остолбоневал.

- Дышит просто кислородом через маску, вот и все.

- Ну а как температура, кашель? — спрашиваю.

-Шкалит все время, 39. Кашляет ужасно, захлебывается. Ничего не ест, практически не пьет.

-Анализ крови хоть брали?

-Да, это делали. Говорят, что тоже ничего там нет особенного.

Ощущая выраженный когнитивный диссонанс, я размышлял. Грудничок, лихорадка 39 восьмые сутки. Сильный кашель, одышка, интоксикация, цианоз. Это пневмония сто процентов, без вариантов: нужен рентген легких,  антибиотики, возможно инфузионная терапия.

Или может я — доктор, как мне до этого думалось неплохой, чего-то не догоняю? Чувство было, что почва — мои обширные знания и мой немалый опыт — уходит, улетает из под ног. Может это я сумасшедший, а они гении медицины?

Я попросил маму исхитриться выяснить, что же там на самом деле в анализе крови. Через несколько часов я получил фото экрана больничного компьютера с анализом крови. Все было по-голландски, но аббревиатуры к счастью были международными. Действительно «ничего особенного» в анализе крови не было. Небольшой лейкоцитоз, небольшой нейтрофилез, увеличение С-реактивного белка в три раза. «Ничего особенного», но воспалительный процесс явно прослеживался.

Антибиотик был очень нужен. Но как убедить голландских коллег его назначить?

Мама пыталась обсудить это с лечащим врачом. Доктор мило улыбалась, проявляла эмпатию в лучших западных традициях: говорила что разделяет тревогу Светланы, дружески обнимала, но антибиотик принципиально не назначала, так как, по ее мнению, это не имело никакого смысла. — Организм борется, — твердила голландский эскулап.

Я пребывал уже практически в состоянии оглушения. Все то, что я знал, чему учил студентов — будущих докторов, то как я лечил своих пациентов, подвергалось жесточайшему внутреннему аудиту. Сон совершенно нарушился, ночами я лежал в постели и смотрел в потолок, раз за разом прокручивая в голове возможные варианты.

Да я знал, что бывает вирусные пневмонии, хотя в России и не принято ставить такие диагнозы. Я тоже не сторонник назначать антибиотики без показаний. Но в данной ситуации… Я не мог найти ни одного довода, чтобы их не назначить.

Прошло три дня в больнице. Уже был 11 день болезни. Высокая температура и кашель сохранялись. Одышка правда на фоне постоянной кислородотерапии уменьшилась, ребенок несколько порозовел, хотя все равно практически ничего не ел.

-Ну как у вас дела? — я ежеутренне требовал от Светланы подробного отчета.

-Нас планируют выписывать! — огорошила меня мама очередной невероятной новостью. — Говорят, они не знают, что с ребенком, пусть дальше семейный врач долечивает.

Я онемел от удивления. Попытался представить, чтобы было бы, если педиатр нашей больницы выписал бы домой лихорадящего грудного ребенка, нелеченного и недообследованного. Наверное, уже утром в больницу был приехал роспотребнадзор, прокуратура, десяток корреспондентов федеральных газет и телеканалов, все начальство бы уволили, а лечащего врача с позором лишили бы диплома…

С другой стороны и правда, что еще было делать в этой странной голландской больнице, где лечат наблюдением и кислородной маской. Вечером в воскресение они были уже дома. На прощание доктор оставил им телефон отделения, и сказал, что «если все-таки ребенок совсем перестанет дышит, пусть звонят, они реанимируют». Я не верил своим ушам!

Круг замкнулся: семейный врач не смог помочь, они уехали в больницу с температурой и кашлем, с этими же проблемами и вернулись домой, под наблюдение того же доктора.

- Нужны антибиотики, — твердил я как мантру. В Европе они правда  без рецепта не продаются. Может можно купить билет на самолет до России, и здесь мы сразу же ребенка вылечим? Но это дорого; также могут возникнут проблемы у родителей с работой: ведь из больницы их отпустили, а значит ребенок, согласно голландской логике, может идти в садик, температура этому не помеха.

Вдруг Светлана вспомнила, что брала с собой из России какие то лекарства, на всякий случай:

-Все купила согласно списку лекарств на юг с твоего сайта!

На горизонте моего воспаленного всем этим абсурдом мозга забрезжила слабая надежда.

Светлана перебирала лекарства и называла мне названия. Я напряженно слушал.

-Парацетамол, оксиметазолин, амброксол, азитромицин, йод…

-Что? Есть азитромицин? — это звучало как искупление…

Упаковка антибиотика была только одна, объемом всего 20 мл, т.е. должно было хватить всего на 4 дня. Но через пять дней, в четверг в гости к внуку собиралась его обеспокоенная бабушка из России, она могла довезти еще.

Бережно, обращаясь с флакончиком лекарства, стоящим в России 230 рублей, как с бесценным сокровищем, мама развела его по инструкции.

Стараясь не пролить ни одной капли, родители влили в сыночка 5 мл. И ребенок, несмотря на то, что антибиотики обычно не вкусные и горькие, послушно открывал ротик и глотал сироп, как будто понимал что в этих 5 мл невкусной жидкости кроется рецепт его выздоровления.

На следующий день температура нормализовалась. Еще через три дня кашель резко уменьшился. Примерно через десять дней ребенок полностью поправился.

- Я вот что думаю, — говорила мне впоследствии Светлана. — Ведь не может быть, что голландские врачи такие отморозки. Может, напротив, они правы, а мы просто паникеры? И ребенок все равно поправился бы на следующий день и без антибиотика? Вдруг это совпало, что ему стало легче после азитромицина?

Что здесь было говорить. Может быть и так, конечно. В медицине бывает все. Но я был абсолютно спокоен. Моя картина мира полностью восстановилась.

Да, вот что еще. Может, в Европе и продвинутые садики, куда можно ходить без справки, и спокойные врачи, которые зря не назначат антибиотики, но нужно думать и самому. Если ребенок явно и тяжело болеет, хотя вам упорно говорят, что все в порядке, можно на всякий случай обратиться за советом еще к какому-нибудь специалисту, хотя бы и по телефону.

***

После того как я рассказал эту совершенного реальную историю своим знакомым, естественным вопросом было: отчего же детская смертность в Европе ниже, чем в России, если они так лечат, вернее… не лечат? Во-первых, я не знаю, лечат они так только наших соотечественников или своих тоже. Во-вторых, при их позитивном отношении к инвалидам, возможно, их не страшит вероятность довести пациента до тяжелого осложнения и сделать человека инвалидом. А в плане смертности — скорее всего и правда, европейские коллеги могут очень эффективно и быстро оказать реанимационную помощь и не допустить летального исхода.

Полная версия:

https://apteka.ru/info/articles/bolezni-i-lechenie/temperatura-kashel-rebenok/

https://apteka.ru/info/articles/bolezni-i-lechenie/antibiotiki-pri-pnevmonii-u-detey/

 

 

 

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Оставить комментарий


Вы можете оставить отзыв, или сослаться на эту страницу с вашего сайта